Саакашвили рассказал о «первой победе Путина» после войны 2008 года


Саакашвили не согласен с тем, что Россия одержала однозначную победу в конфликте 2008 года. По мнению экс-президента, «первая победа Путина» в той войне пришлась на 2012 год


Михаил Саакашвили в интервью «Новой газете» рассказал о своем взгляде на события войны 2008 года и взаимоотношениях России и Грузии после конфликта. По мнению экс-президента, смена грузинского правительства в 2012 году и приход к власти коалиции «Грузинская мечта» стали «первой победой Путина» после войны.

Саакашвили заявил, что окончательно назвать победителя в войне 2008 года до сих пор невозможно, поскольку «это развивающаяся ситуация».
Вместе с тем политик выразил мнение, что говорить о победе России в 2008 году некорректно. «Сразу в 2008-м Россия вообще ничего не выиграла, кроме захвата нескольких десятков грузинских деревень ценой огромных репутационных и человеческих потерь», — полагает Саакашвили.


Экс-президент Грузии пояснил, что в 2008 году Россия не добилась всех поставленных перед собой целей, в числе которых Саакашвили называет собственный уход с поста главы страны и смену правительства. Частично Москва достигла успеха в этом только через четыре года после войны, когда в Грузии по итогам парламентских выборов добилась победы коалиция «Грузинская мечта» Бидзины Иванишвили. Ее кандидат, Георгий Маргвелашвили, в 2013 году заменил Саакашвили на посту президента. «С помощью российского олигарха Иванишвили (лидера «Грузинской мечты» и премьера Грузии в 2012–2013 году. — РБК), крупнейшего частного акционера «Газпрома», она смогла сменить повестку в Тбилиси. Это была первая победа Путина в той войне», — утверждает экс-президент Грузии.

Вместе с тем, полагает Саакашвили, в дальнейшем Кремлю не удалось развить успех и добиться отхода Грузии от евроатлантического курса развития. «Грузия продолжает медленно идти к евроатлантической интеграции. Думаю, что 2/3 своих целей Путин в Грузии так и не достиг», — сказал он.

Саакашвили отрицает мнение, согласно которому Иванишвили и «Грузинской мечте» удалось добиться экономического развития Грузии с помощью нормализации отношений с Москвой. По его мнению, начало процесса нормализации отношений двух стран после войны было положено еще в период его правления. «Грузию мы [снова] открыли для россиян в 2009 году — ввели безвизовый режим для них. В 2011–2012 годах несколько сотен тысяч российских туристов к нам въезжали. Эта инициатива — защитная стратегия для того, чтобы приезжающие люди видели и понимали, что Грузия — это наш общий дом, где не надо воевать», — пояснил Саакашвили.

8 августа исполняется десять лет с начала конфликта в Южной Осетии. Грузия начала «восстановление конституционного порядка» в республике, направив значительные силы на штурм Цхинвала. В ночь на 8 августа столица непризнанной республики подверглась массированным ударам артиллерии, в том числе и установок залпового огня. В последующем пятидневном конфликте приняла участие Россия, начавшая «операцию по принуждению к миру» с целью защиты граждан. Части 58-й армии отбили Цхинвал, после чего вступили на территорию Грузии. Российские войска дошли до города Гори. 12 августа было подписано соглашение о заключении перемирия. По итогам конфликта Россия и ряд других стран признали независимость Южной Осетии и Абхазии.

Источник ➝

Тень его ходит над страной, скрипят его старые сапоги под ухом задремавших капиталистов, заставляя тех жалобно вскрикивать во сне

Писатель Сергей Лукьяненко, о тех, на кого нет Сталина

 

Я бы не хотел жить в тридцатые годы. И Сталин тут ни при чём — меня больше смущают низкооборотные бормашины и отсутствие туалетной бумаги.

Впрочем, при Сталине я бы тоже не хотел жить. Как и подавляющее большинство населения, пусть даже и бормочущее каждый день — «Сталина на вас нет…»

Сталин — это не для жизни, это для выживания. И как правило даже не для своего. Сталин — это по колено в ледяной каше укладывать рельсы. Сталин — это штурвал от себя и горящий самолёт во вражеский эшелон.

Сталин — это всё для фронта, всё для победы, когда дома дети ходят с синими от голода губами.

Сталин — это адреналин, выплеснувшийся в умирающий организм. И окровавленный труп встаёт, сплёвывает сквозь пеньки выбитых зубов кровавую юшку и поднимает бревно как дубину. И перестают кровоточить раны, и приходит новая сила, и губы шепчут «ну, кто следующий»?

Но на адреналине нельзя жить годами и десятилетиями. Люди к этому не приспособлены. Они вообще очень плохо приспособлены к мысли «нам нечего терять» и «лучше умереть молодым».

И когда человек шепчет, глядя в телеэкран с ржущими дегенератами или яхтами олигархов «Сталина на вас нет» — он вовсе не мечтает сам ехать в теплушке на стройки века или брать в руки винтовку. Он всего лишь приближается к мысли, что готов в бараке — но с этими. Потому что его достали олигархат и чиновничество, а их Сталин не любил куда больше, чем его — рядовой винтик в государственном механизме.

Потому Сталин, который умер жизнь назад, который был мгновенно проклят, оплёван и предан, остаётся живее всех живых. Тень его ходит неспешно над страной, скрипят его старые сапоги под ухом задремавших капиталистов, заставляя тех жалобно вскрикивать во сне и подёргивать ручонками — будто полируя обувь Хозяина. Протёртая шинель Сталина, отобранная когда-то в Питере у жалкого чиновника Акакия Акакиевича, шуршит своими полами о высокие заборы рублевских вилл и красные, будто кровь, кремлёвские стены. Пахнет шинель землёй обетованной — не той, что была обещана народу Израилеву и благоухает мёдом и молоком, а другой землёй, обетованной всем нам, пахнущей сыростью и вечностью, и от этого запаха морщатся лица успешных бизнесменов и высоких чиновников, боящихся даже думать о смерти. Трубка Сталина плывёт над руинами заводов, над обвалившимися трубами — и идёт из ней в небеса жирный чёрный дым, и сыпется на землю лёгкий серый пепел — и там, куда он падает, вздрагивают сломанные разворованные станки, испускают слабый гудок паровозы, дрожат на ветру обрывки колючей проволоки. Любовь Сталина тянется за ним как шлейф — страшная, чёрная, кровавая, но любовь, а не презрение или ненависть, и кто вдыхает её — начинает выть от тоски и бессилия.

И пока не умолкнут те, кто ненавидит «эту страну», которую Сталин любил, пока не прекратят оглуплять народ, который Сталин любил, пока не прекратят воровать и жрать в три горла — чего Сталин не любил, тень его будет бродить над страной. И однажды она почувствует под собой тело, чьё сердце способно её вместить и вынести. Войдёт в него — и скрюченная рука откроет чёрно-зелёную пачку «Герцеговины Флор»…

Я бы не хотел жить при Сталине. Надеюсь, что и вы тоже. Но это зависит не от меня и не от вас. А от тех, Сталина на кого нет.

Популярное в

))}
Loading...
наверх